Патрушев рассказал об усилиях России по расширению шельфа в Арктике

НАРЬЯН-МАР, 15 мая – ПРАЙМ. Работа по продвижению российской заявки на расширение континентального шельфа в Арктике ведется, сообщил помощник президента РФ, глава Морской коллегии Николай Патрушев.

"Ведется работа по продвижению российской заявки по расширению континентального шельфа в Арктике", - заявил он на совете по развитию и обеспечению морской деятельности при коллегии.

Патрушев отметил, что "разработка минеральных ресурсов континентального шельфа России является стратегической задачей". "Освоение месторождений полезных ископаемых лежит в основе гарантированного обеспечения мобилизационных нужд России и обеспечения потребностей национальной экономики в долгосрочной перспективе", - пояснил он.

Морские месторождения России богаты преимущественно углеводородными ресурсами, большая часть запасов которых сосредоточена на арктическом шельфе, продолжил Патрушев.

"Потенциал морских акваторий включает также залежи твердых минералов и металлов, которые должны стать стратегическим резервом страны. Так, прибрежные зоны Арктической зоны и Дальнего Востока России содержат залежи золота, олова, титана, циркона, алмазов и фосфоритов", - рассказал он.

Россия в 2001 году подала в Комиссию ООН по границам континентального шельфа заявку на расширение своего арктического шельфа за пределы 200-мильной зоны — право включения в континентальный шельф подводных пространств у северного побережья (прилежащего к Северному Ледовитому океану) и восточного побережья (прилежащего к Тихому океану).

В 2002 году заявка была отклонена с указанием на недостаточную детализацию карт рельефа дна и обоснованность континентальной природы упомянутых поднятий, их связи с шельфом Сибири.

В 2015 году Россия подала в ООН частично пересмотренное представление по шельфу. Это научно обоснованная заявка государства на увеличение площади шельфа на почти 1,2 миллиона квадратных километров внутри условного треугольника Мурманск – Северный полюс – Чукотка. Прирост потенциальных запасов углеводородного сырья оценивался тогда в 5 миллиардов тонн условного топлива.